Борьба с коррозией металла

Борьба с коррозией металла

В Новосибирске — и это не новость — катастрофическая ситуация на теплотрассах. Купировать растущую аварийность можно, но стратегически решение проблем все время откладывается — и власти, и общественность, да и энергетиков тоже — тарифный вопрос всех испортил.

Если болезнь не лечить, она переходит сначала в хроническую, затем — в терминальную стадию. Столица Сибири и крупнейший муниципалитет страны — Новосибирск — сейчас зависла между этими двумя состояниями. По крайней мере, в сфере теплоснабжения — точно. Только в ноябре в городе практически подряд случилось три крупных коммунальных аварии — на улицах Выборная и Комсомольская, в результате которых от отопления приходилось надолго отключать жилые дома, школы и объекты соцкультбыта. А ведь зима только стартовала, и погода в Сибири еще не устаканилась; перепады температур ежедневно испытывают ветхие теплотрассы на прочность.

Со стороны кажется, что каждый ОЗП — это игра в лотерею: что порыв случится, понимают все, а вот когда именно – загадка. При этом энергетики, хотя в это трудно поверить обывателям, прекрасно знают, где может рвануть — карта критических участков теплосетей Новосибирска, составленная в СГК, напоминает пятно Роршаха. В компании ее называют «светофором».

светофор1.jpg

По словам директора Новосибирского филиала СГК Андрея Колмакова, произошедшие инциденты тоже были спрогнозированы — тем более что за это лето в городе впервые за долгие годы гидравлическими испытаниями было охвачено 100% теплосетей. В итоге «500-ке» на Комсомольской, которая лежала в подземном канале с 1978 года, экспертиза промышленной безопасности разрешила «пожить» до 2024 года. В СГК планировали заменить этот участок в 2021 году. Но железо сдалось раньше.

Комсомольская.jpg
Участок магистральной трубы на Комсомольской планировали заменить в 2021 году

И это не удивительно: в целом, по оценке одной только СГК, сегодня 93% поврежденных участков в контуре ответственности компании фиксируют на сетях возрастом старше 25 лет, при этом чуть менее половины из них лежат под землей больше четырех десятилетий!

Интересно, что начало текущего ОЗП в сравнении с прошлогодним — не столь уж и страшное: на 1 декабря 2019-го случилось на 200 инцидентов меньше — 816, чем было на ту же дату в 2018-м. Но такое достижение, подчеркивает замдиректора по перспективному развитию Дирекции по теплоснабжению СГК Александр Григорьев, не должно расслаблять: «Это тоже очень много, хотя снижение повреждений на трубах мы объясняем тем, что этим летом хорошо подготовились к отопительному сезону».

инфогр_повр2.jpg

Ощущение, что запас времени у города еще есть — то ли деды постарались, отлив трубы на века, то ли звезды нам пока благоволят — обманчиво. «В условиях хронического недофинансирования динамика роста повреждений идет вверх, причем как на муниципальных сетях, так и на тех, что в собственности СГК, хотя там картинка более сглаженная», — говорит Григорьев.

«Элементарно нет денег»

Протяженность тепловых сетей, находящихся в эксплуатации у теплосетевого подразделения СГК в Новосибирске, превышает 3 тыс. км. Из них 643 км — в собственности, 2377 км — на условиях аренды или концессии. 
По сути, именно СГК сегодня отвечает за львиную долю всех теплотрасс в городе — и именно к ней обращаются с претензиями люди, оставшиеся без тепла или горячей воды. При этом рванувшие в ноябре трубы были муниципальными, компания эксплуатирует их только второй год. Но теплопроводов в Новосибирске еще больше; например, отдельная СЦТ действует в Академгородке (зона ответственности ФГУП «УЭВ»). И проблемы, за редким исключением, везде одинаковые – трубы пора менять давно и повсеместно. Чаще всего — внутриквартальные, в которых уже, извините за тавтологию, полная труба. Но и магистрали все чаще тоже не выдерживают, а при порывах труб большого диаметра и на ремонты уходит больше времени, и отключать приходится больше потребителей.

яма.jpg
Текущие объем ремонтного фонда СГК позволяет менять менее 1% теплосетей в год – при таких темпах на полную реновацию подземных коммуникаций уйдет пара веков.

«Если мы говорим о качестве теплоснабжения — то, за исключением аварийных ситуаций, оно у нас в целом обеспечивается. Есть, конечно, проблема перетопов, — говорит Евгений Авдеев, замначальника управления систем жизнеобеспечения — начальник отдела теплоснабжения Министерства ЖКХ и энергетики Новосибирской области. — Что касается надежности, мы видим, что она снижается. Безопасность — тоже, уже начали страдать конкретные люди. В разных городах России системы теплоснабжения выработали ресурс по безопасности уже почти полностью. И для мегаполисов при всей цифровизации отрасли никуда не деться от труб, которые необходимо ремонтировать. Вопрос — за чей счет? Но то, что ремонтировать надо — это необходимость. И в объемах в разы больше, чем сейчас».

Есть прямая зависимость между объемами и качеством ежегодных ремонтов и замен и показателями аварийности. Текущий объем ремонтного фонда СГК позволяет менять менее 1% теплосетей в год — при таких темпах на полную реновацию подземных коммуникаций уйдет пара веков. У других ТСО, причем не только в Новосибирске, ситуация не лучше. При существующей системе финансирования отрасли все в конечном итоге упирается в тариф на тепло — с 1 июля этого года для новосибирцев он вырос до 1384,74 рубля за Гкал, но все равно остается чуть ли не самым низким в России.

инфогр_3.jpg

По оценке независимого эксперта Сергея Бухарова, за последние пять лет рост индекса потребительских цен (ИПЦ) практически в два раза обогнал рост стоимости гигакалории, чего быть, в теории , не должно — обычно именно ИПЦ регулятор использует в качестве ориентира для ежегодной индексации тарифа на тепло. «Это не значит, что тариф надо завтра же взять и двукратно повысить. Но, чтобы поднять сферу теплоснабжения с колен, а сегодня она стоит на коленях, денег нужно больше, чем регулятор позволяет вкладывать сейчас. И вариантов тут немного. Или дополнительные деньги выделяет бюджет, но надежды на это нуль, либо — инвестор, но ему нужны четкие и долгосрочные правила игры», — говорит Бухаров.

фото_3.jpg
Сергей Бухаров, независимый эксперт в сфере теплоснабжения

На самом деле, внетарифные резервы финансирования есть — в октябре на круглом столе «Организация теплоснабжения: надежность и качество», состоявшемся в новосибирском Академгородке, представители СГК заявляли, что нарастить объемы вложений в капремонты теплотрасс можно сегодня и без повышения тарифа — примерно на 530 млн рублей (в настоящее время это предложения анализирует специальная рабочая группа, созданная в мэрии). К сожалению, излишняя политизация тарифного вопроса с 2016 года, когда город стоял на ушах после принятого губернатором решения о резком росте стоимости тепла, обернулась столь же резким падением доверия всех акторов процесса друг к другу. И власти, и регулятор, три года назад на волне митингов протеста вынужденные сдать назад, теперь все время дуют на воду. Желающих вникать в суть проблем в принципе осталось немного, зато тех, кто громко защищает население от «жадных» энергетиков — хоть отбавляй. Радует, что эта порочная практика постепенно отмирает. Ведь железо не будет ждать, пока заинтересованные стороны сумеют договорится друг с другом — и фонтаны кипятка из под земли мы увидим еще не единожды…

На замену участков тепловых сетей, которые находятся в наиболее критическом состоянии, СГК нужно 43,1 млрд рублей, причем не разово, а на 30 лет.
На замену участков тепловых сетей, которые находятся в наиболее критическом состоянии, СГК нужно 43,1 млрд рублей, причем не разово, а на 30 лет.

Важно, наконец, понять, что размер тарифа — это лишь часть вопроса. То самое дерево, за которым многим не видно целого леса. По оценке СГК, для полной замены всех теплосетей в Новосибирске нужно 87 млрд рублей — на фоне стоимости московских центральных диаметров эта сумма не выглядит огромной, но в город на Оби раньше приземляться марсиане, чем такие деньги. На замену участков тепловых сетей, которые находятся в наиболее критическом состоянии, нужно примерно в два раза меньше — 43,1 млрд рублей, причем не разово, а на 30 лет. Эта сумма, сопоставимая с годовым бюджетом города, в таком долгосрочном распределении выглядит уже вполне реальной (на самые аховые участки нужно еще меньше — всего 14 млрд).

На самом деле, подобные оценки звучат не впервые: еще в первой схеме теплоснабжения Новосибирска, утвержденной в 2013 году, когда в городе не работала СГК, объем вложений в реконструкцию теплосетей, необходимых только для обеспечения надежности подачи тепла, оценивался в 23,5 млрд рублей. В любом случае, подобные суммы не прописать в тарифе, каким бы он в итоге не оказался. «По этому поводу могу только сказать, что увеличение тарифа не решит проблему в теплоснабжении кардинально. Мы начали в этом году менять самые критичные участки теплотрасс и продолжим делать это дальше», — подчеркивает Андрей Колмаков.

фото_10.jpg
Выступление Андрея Колмакова на круглом столе

Осушить и заземлить

Что еще может сделать ТСО в условиях, когда стратегическое решение проблемы откладывается в долгий ящик? Ответы на этот вопрос 3 декабря пытались найти на очередном круглом столе, организованном Институтом экономики и организации промышленного производства СО РАН, всероссийским экономическим журналом «ЭКО» и Межотраслевым фондом энергосбережения и развития ТЭК. Его название — «Теплоснабжение городов: идем в цифровую эпоху или спасаем от катастрофы» — не должно вводить в заблуждение: до первой части вопроса, как грустно пошутил один из спикеров, с нашими теплотрассами — как до Китая пешком. Так что говорили больше о втором, причем залезая в трубы с головой.

Не секрет, что основная причина возникающих дефектов на тепловых сетях Новосибирска (не все из них перерастают в аварии) — наружная коррозия. Как уже сообщал «Кислород.ЛАЙФ», на нее приходится более 80% порывов. В тепловых камерах зачастую вместе с теплотрассами проложены и трубы ХВС, которые порой протекают. Характерны для города и подтопления каналов грунтовыми водами. Но главным образом вода стекает с автодорог. Например, авария на трубопроводе 2007 года на улице Фасадной, случившаяся 23 ноября, была спровоцирована отсутствием в этой зоне ливневой канализации — по словам Андрей Колмакова, «ее функции фактически берет на себя тепловая сеть — по каналам теплотрасс течет вода».

Это проблема не только Новосибирска: по оценке Юрия Воронова из ИЭиОПП СО РАН, хаотичная застройка большинства городов России после распада СССР привела к тому, что в них поголовно была нарушена существовавшая ранее система поверхностных стоков: «В сочетании с повсеместным отставанием в строительстве ливневой канализации это приводит к подтоплению городов. В городах Сибири еще и более интенсивное снеготаяние, а охват ливневой канализацией не превышает 15% территории. Например, правобережье Новосибирска традиционно затапливало. ГЭС защитила его от наводнений, но от подтоплений — нет».

фото_1.jpg
Юрий Воронов, ведущий научный сотрудник Института экономики и организации промышленного производства СО РАН

Коррозия наружной поверхности металла трубопроводов возникает не только из-за того, что на ней накапливается влага (а часть теплотрасс Новосибирска буквально плавает в воде). Сама по себе вода железо разъедает долго, но ускорить эти процессы могут высокие температуры (скорость коррозии возрастает с ростом до 70-80 градусов по Цельсию, а теплоноситель бывает и горячее), низкое качество изоляции, химический состав грунтовых вод и примесей, скапливающихся в камере. И даже удельное электрическое сопротивление почв и грунтов (особенно сильно влияющее на бесканальную прокладку, но и на тепловые камеры, которые заиливаются, тоже).

фото_16.jpg

По мнению Воронова, энергетики недооценивают проблему блуждающих токов, возникающих зачастую даже не от трамваев, а от тотального воровства электричества в частном секторе. Решения есть — например, для защиты подземных газопроводов от коррозии в том же Новосибирске эксплуатируется более 270 электрозащитных установок. По мнению ученого, на теплотрассах города нужно установить тысячи таких устройств.

Основная причина возникающих дефектов на тепловых сетях Новосибирска (не все из них перерастают в аварии) — наружная коррозия.

ИНФОГР_ПОВР.jpg

Что еще можно сделать для снижения коррозии? Один из самых простых вариантов — вынос теплосетей наружу. Однако в СГК считают, что это путь в никуда — и дело даже не в том, что подобные трансформации требуют согласования с городскими властями, и не в том, что в условиях сложившейся застройки трубопроводы физически некуда вынести — нет свободных земель. «Для любого города первичным является задача — обеспечить собственное развитие, а для этого нужны как свободные территории, так и презентабельный внешний облик. Приведу пример — в Кемерово порядка 40% теплосетей исторически были проложены наружным способом. Да, это сильно упрощает эксплуатацию, но эти трубы занимают место в городской среде. И к нам уже давно идет запрос от властей, чтобы мы часть теплотрасс, а лучше вообще все закопали», — рассказал Александр Григорьев.

40% теплотрасс в Кемерово проложены наружным способом - это упрощает эксплуатацию, но отнимает у города территории и портит его внешний облик.
40% теплотрасс в Кемерово проложены наружным способом - это упрощает эксплуатацию, но отнимает у города территории и портит его внешний облик.

Экс-глава «Новосибирскэнерго», профессор кафедры ТЭС НГТУ Виталий Томилов привел в пример Прибалтику, где тепловики смогли полностью изолировать и осушить тепловые камеры. Но в условиях городов Сибири, возможно, этот способ не пройдет. Томилов напомнил, что еще в 2008 году в рамках РАО «ЕЭС России» был утвержден протокол, в котором четко и ясно прописали меры по снижению коррозии теплосетей: «Уже тогда мы смирились с тем, что в каналах стоит вода, что у нас там не трубопроводы, а микробатарейки. В качестве электрохимической защиты можно применять испытанное средство — протекторы. Также стоит посмотреть на использование труб, гидроизолированных полимерной пленкой. Мы можем снова начать делать базальтовую изоляцию, которую в свое время освоили на ТЭЦ-5, но потом все разрушили. Она лучше пенопласта и проще в ремонтах».

Томилов3.jpg
Виталий Томилов, экс-глава «Новосибирскэнерго», профессор кафедры ТЭС НГТУ

Виталий Томилов         
Экс-глава «Новосибирскэнерго», профессор кафедры ТЭС НГТУ      

«Самое главное, необходимо и очень качественно проводить ремонты, и усилить эксплуатирующий персонал в части надзора за состоянием теплосетей. Я знаю, сегодня постоянно проходят обходы, но нужно все делать еще качественнее – залазить в каждую камеру, фиксировать уровень грунтовых вод, в принципе понимать, откуда там вода берется. Это все должно быть задокументировано и систематизировано. И делать это нужно в постоянном режиме».         

По словам Андрея Колмакова, кроме стандартных методов антикоррозийной защиты до сих пор в компании ничего иного не использовали (датчики не поставишь в воду), поэтому идеям ученых и специалистов оказались рады. Особенно в части электрохимической защиты. Впрочем, нельзя сказать, что компания ничего не делает для предупреждения инцидентов. Пока что единственным предвестником зреющей аварии для энергетиков является нехарактерный рост подпитки сетевой воды от ТЭЦ. Эти данные позволяют ремонтным бригадам достаточно быстро устранять дефекты, но в СГК хотят действовать еще быстрее — и для этого планируют дополнить базы диспетчеров данными о ситуации с теплом в конкретном многоквартирном доме (МКД). До конца 2020 года компания установит в квартирах различных МКД разной отдаленности от источников тепла порядка 5 тыс. логгеров — специальных градусников, способных в режиме онлайн фиксировать и передавать данные о температуре.
фото_10.jpg
Как отметил Александр Григорьев, такое количество позволит охватить более 50% МКД Новосибирска, что даст возможность отслеживать в реальном времени влияние режимов работы теплосетей на конкретные квартиры. Это в перспективе поможет СГК не только стать ближе к потребителю, но и получать более глубокую аналитику о работе всей системы. Сейчас в квартирах сотрудников компании работает порядка 90 логгеров, и результаты тестовой эксплуатации компанию радуют. В целом, основная задача любой ТСО — надежное, качественное и по возможности безаварийное теплоснабжение потребителей. В условиях, когда радикальные трансформации отрасли невозможны, тактика малых дел и технологичных шагов может оказаться эффективной.

Источник: Кislorod.life


Тип контента